Брусиловский прорыв


Самая успешная войсковая наступательная операция Первой мировой войны

Сегодня в российском календаре очередная памятная дата военной истории Отечества. Она посвящена событию, которое известно нам как Брусиловский прорыв (4 июня 1916 года). В этот день в 1916 году началась наступательная операция русских войск, разработанная генералом Брусиловым, против австро-венгерских и германских войск в Галиции и Буковине  — уникальное в ходе позиционной Первой мировой войны преодоление укрепленного неприятельского фронта на значительную глубину.

Он же является единственным сражением той войны, носящим имя полководца, а не местности.

Правда, современники говорили в основном о Луцком прорыве. Термин «Брусиловский прорыв», по мнению ряда исследователей, закрепили советские историки, поскольку генерал Алексей Брусилов впоследствии служил красным.

Русские войска в Бучаче, июнь 1916 года

Русские войска в Бучаче, июнь 1916 года Фото: Юрий Каплун / РИА Новости

Большие планы

К весне 1916 года ситуация на фронтах Великой войны стратегически складывалась в пользу стран Антанты. С огромным трудом союзникам удалось выдержать натиск противника в тяжелейших боях 1914 и 1915 годов, а в затяжной войне рано или поздно должно было сказаться превосходство стран Антанты в людских и сырьевых ресурсах. В марте 1916 года на конференции в Шантийи союзники приняли стратегическое решение об общем переходе в наступление. А поскольку на тот момент перевес союзников еще был минимальным, добиться успеха можно было лишь совместными и скоординированными действиями на Западном, Восточном и Южном направлениях, которые лишили бы немцев и австрийцев возможности перебрасывать силы. Об этом союзники и договорились.

Алексей Алексеевич Брусилов

Алексей Алексеевич Брусилов Фото: РИА Новости

Не по плану и науке

Согласно стратегическому замыслу Антанты на лето-осень 1916 года, утвержденному в марте на конференции в Шантийи, действиям Юго-Западного фронта Брусилова в Галиции отводилась отвлекающая роль. Главный удар в направлении на Вильно и далее на Восточную Пруссию должен был наносить Западный фронт генерала Алексея Эверта.

Западный и Северный фронты накопили почти двойное превосходство над противостоявшими им немцами (1,22 млн против 620 тыс. штыков и сабель). У Брусилова перевес был меньше: 512 тысяч против 441 тысячи, правда, в основном не германцев, а австрийцев.

Но честолюбивый Брусилов рвался в бой, а Эверт боялся. Газеты намеками, а люди в открытую поминали в этой связи его нерусскую фамилию, хотя дело было лишь в особенностях характера.

Чтобы запутать неприятеля, командующий Юго-Западным фронтом Брусилов предложил развернуть наступление сразу на четырех участках: на Луцк и Ковель, на Броды, на Галич и на Черновцы и Коломыю.

Это противоречило классическим канонам полководческого искусства, со времен Сунь Цзы (китайского стратега и мыслителя III века до н.э.) предписывающего концентрировать силы. Но в данном случае подход Брусилова сработал, став новаторским вкладом в военную теорию.

Брусилов отправил в Ставку свой план наступления, утвержденный на военном совете фронта. План оказался настолько неожиданным, что вызвал бурную дискуссию. Верховный главнокомандующий Николай II долго не мог принять решение и лишь накануне наступления, когда тянуть было уже невозможно, осторожно попросил Брусилова изменить план и вернуться к более традиционной тактике. На переработку предлагалась неделя. Вечером 21 мая генерал Алексеев сообщил о царской просьбе Брусилову. Алексей Алексеевич заявил, что абсолютно уверен в своей правоте, и попросил в случае несогласия с его планом освободить себя от командования фронтом. Слово было за Верховным, но он уже спал. А до начала операции оставалось несколько часов — войска уже выдвинулись на исходные позиции.

Вступление русских войск в Коломыю. Брусиловский прорыв, май-июль 1916 года.

Фото: РИА Новости Вступление русских войск в Коломыю. Брусиловский прорыв, май-июль 1916 года.

Ситуация сложилась тупиковая: окончательного решения не было, а интересы дела не терпели отлагательств. И генералы, в отличие от Николая, это отлично понимали. Мудрый Алексеев намекнул Брусилову, что подождет с докладом до утра, тем самым предоставляя Алексею Алексеевичу возможность самостоятельно принять решение отменять ему наступление или нет. По сути, оба они рисковали не только карьерой, но и головой. Брусилов взял на себя ответственность, и на рассвете артиллерия Юго-Западного фронта начала артподготовку.

В ходе успешного наступления Николай слал Брусилову телеграммы такого содержания: «Передайте Моим горячо любимым войскам вверенного Вам фронта, что я слежу за их молодецкими действиями с чувством гордости и удовлетворения, ценю их порыв и выражаю им самую сердечную благодарность».

Но впоследствии отплатил генералу за самовольство, отказавшись утвердить представление Думы георгиевских кавалеров о его награждении орденом Святого Георгия 2-й степени и ограничившись менее значительным отличием: георгиевским оружием.

Лбом об стену

Военная наука к началу мировой войны сильно отставала от реалий, причиной чему стала промышленная революция конца XIX — начала XX веков. За несколько десятилетий военная техника сделала огромный шаг вперед: появилось скорострельное и автоматическое оружие, встали на конвейер снаряды и патроны, поднялись в небо самолеты и дирижабли, были разработаны боевые отравляющие вещества, бурно прогрессировала инженерная техника и автомобильный транспорт, совершенствовалась тяжелая артиллерия и т.д. В то же время больших войн, в которых встречались бы многомиллионные армии, в начале века не случилось. Фрагментарно новые технологические веяния проявились в англо-бурском и русско-японском конфликтах, но все же там преобладала маневренная война без образования единой, глубоко эшелонированной линии фронта. То есть проверенного боевой практикой опыта, на основании которого можно было бы разрабатывать отвечающую новым реалиям тактику, к началу мировой войны не было ни у кого.

В начале Великой войны единого фронта еще не было, он сложился позже: на Западе к началу 1915 года, на Востоке — к концу. Лишь после этого стороны возвели сплошные линии мощных полевых укреплений, и началась знаменитая «окопная война».

Именно в 1915 году были проведены первые операции по штурму и, соответственно, обороне глубоко эшелонированных и инженерно подготовленных позиций. Постепенно стали формироваться тактические приемы и стереотипы. Для прорыва фронта выбирался ограниченный участок, где атакующая сторона создавала многократное численное превосходство, сосредотачивала полевую и тяжелую артиллерию, проводила разведку боем для выявления огневых точек противника. Наступление начиналось с многочасовой артподготовки, которая постепенно переносилась вглубь вражеских позиций. Затем в дело вступала пехота. Не гнушались противники и химическим оружием.

Русские войска преследуют неприятеля, июнь 1916 года. Брусиловский прорыв, май-июль 1916 года. Юго-Западный фронт. Первая мировая война (1914-1918). Государственный Исторический музей.

Фото: РИА Новости Вступление русских войск в Коломыю. Брусиловский прорыв, май-июль 1916 года.

Параллельно вырабатывались и оборонительные приемы. Позиции стали глубоко эшелонированными — по три-четыре линии окопов, соединенных переходами и укрепленные многочисленными, часто бетонированными, огневыми точками. Для защиты солдат от артиллерийских ударов строились надежные блиндажи-убежища. Перед окопами создавались минные поля, ямы-ловушки, многочисленные линии колючей проволоки и т.д. При начале артподготовки солдаты уходили на запасные позиции, потом, когда огонь переносился вглубь, возвращались. Артиллерия обороняющихся заранее пристреливалась по квадратам, создавались специальные «мешки», куда попадал наступающий противник. В итоге, попытки прорыва превращались в жуткую бойню, и за продвижение на несколько километров приходилось платить страшную цену.

EasternFront1916a2

Синяя и красная линии: линия фронта в 1916 г. Department of Military Art and Engineering, at the U.S. Military Academy (West Point)

Ход операции

Австрийцы надеялись на созданную ими тройную линию обороны глубиной до 15 км, со сплошными линиями окопов, железобетонными дотами, колючей проволокой и минными полями.

Немцы и австрийцы добыли сведения о планах Антанты и ждали основных событий в Прибалтике. Массированный удар на Украине стал для них неожиданностью.

1024px-EasternFront1916b

Слева: план наступления, справа: линия фронта в конце наступательной операции в сентябре. Department of Military Art and Engineering, at the U.S. Military Academy (West Point)

Идея Брусилова отказаться от единого главного удара, а атаковать сразу по всему фронту оказалась блестящей, но важно, что и реализация ее была отменной. Отлично сработала разведка, четко функционировал штаб фронта под началом генерала В.Н. Клембовского.

Исключительно эффективной оказалась русская артподготовка, продолжавшаяся на разных участках от 6 до 45 часов.

«Тысячи снарядов превратили обжитые, сильно укрепленные позиции в ад. В это утро произошло неслыханное и невиданное в анналах унылой, кровопролитной, позиционной войны. Почти на всем протяжении Юго-Западного фронта атака удалась», — повествует историк Николай Яковлев.

Ходуном ходила земля. С воем и свистом летели снаряды трехдюймовок, с глухим стоном тяжелые взрывы сливались в одну страшную симфонию. Первый ошеломляющий успех был достигнут благодаря тесному взаимодействию пехоты и артиллерии

Сергей Семанов, историк
Каждая из четырех армий Юго-Западного фронта (7-я, 8-я, 9-я и 11-я) наносила удар самостоятельно, причем не один, а несколько. Таким образом, противник был сбит с толку и практически не имел возможности использовать резервы, а нашим войскам на основных направлениях удалось добиться двукратного превосходства, хотя, в целом, серьезного численного перевеса Брусилов не имел. Русские резервы использовались на тех участках, где наступление развивалось наиболее успешно и дополнительно увеличивали эффект от прорывов, коих всего оказалось тринадцать.
375px-Brusilov_offensive

Схема наступления Юго-Западного фронта. Granat encyclopedic dictionary

К полудню 24 мая были пленены свыше 40 тысяч австрийцев, к 27 мая 73 тысячи, в том числе 1210 офицеров, захвачены 147 орудий и минометов и 179 пулеметов.

01.07.1916 Пленные, захваченные русскими войсками в ходе наступательной операции на Юго-Западном фронте (Брусиловский прорыв)

Фото: РИА Новости 01.07.1916 Пленные, захваченные русскими войсками в ходе наступательной операции на Юго-Западном фронте (Брусиловский прорыв)

Особенно успешно действовала 8-я армия генерала Каледина (через полтора года он застрелится в осажденном красными Новочеркасске, когда защищать город по его призыву явятся 147 человек, в основном юнкеров и гимназистов).

7 июня войска 8-й армии взяли Луцк, углубившись на неприятельскую территорию на 80 км в глубину и 65 км по фронту. Начавшийся 16 июня австрийский контрудар не имел успеха.

9-я армия генерала Лечицкого 18 июня заняла Черновцы, 30 июня Коломыю.

Тем временем Эверт, ссылаясь на неготовность, добился отсрочки начала действий Западного фронта до 17 июня, потом до начала июля. Наступление на Барановичи и Брест 3-8 июля захлебнулось.

«Атака на Барановичи состоялась, но, как это нетрудно было предвидеть, войска понесли громадные потери при полной неудаче, и на этом закончилась боевая деятельность Западного фронта по содействию моему наступлению», — писал в воспоминаниях Брусилов.

Только через 35 дней после начала прорыва Ставка официально пересмотрела план летней кампании, возложив главную роль на Юго-Западный фронт, а на Западный — вспомогательную.

Фронт Брусилова получил в свой состав 3-ю и Особую армии (последнюю сформировали из двух гвардейских корпусов, она была 13-й по счету, и ее из суеверия назвали Особой), развернулся на северо-запад и 4 июля начал наступление на стратегический транспортный узел Ковель, в этот раз против немцев.

Линия обороны и здесь была прорвана, но взять Ковель не удалось.

Начались упорные затяжные бои. «Восточный фронт переживает тяжелые дни», — записал в дневнике 1 августа начальник германского генштаба Эрих Людендорф.

7 сентября Николай II приказал Брусилову приостановить наступление

urn-cambridge

Cambridge University Press

Итоги

Главной цели, к которой стремился Брусилов — форсировать Карпаты и выбить Австро-Венгрию из войны — достичь не удалось.

Тем не менее, российские войска продвинулись на 80-120 километров, заняли почти всю Волынь и Буковину и часть Галиции — в общей сложности около 25 тысяч квадратных километров территории.

Австро-Венгрия потеряла 289 тысяч человек убитыми, ранеными и пропавшими без вести и 327 тысяч пленными, Германия, соответственно, 128 и 20 тысяч, Россия — 482 и 312 тысяч.

Четверному союзу пришлось перебросить с Западного, Итальянского и Салоникского фронтов 31 пехотную и 3 кавалерийские дивизии общей численностью более 400 тысяч человек, включая даже две турецкие дивизии. Это облегчило положение французов и британцев в сражении на Сомме, спасло терпевшую поражение от австрийцев итальянскую армию и побудило Румынию 28 августа вступить в войну на стороне Антанты.

Брусиловский прорыв является предтечей замечательных прорывов, осуществленных Красной армией в Великой Отечественной войне

Михаил Галактионов, советский генерал, военный историк

В прекращении наступления главную роль сыграли не военные соображения, а политика.

«Войска были измотаны, но нет никакого сомнения, что остановка была преждевременна и обусловлена приказами Ставки», — писал в эмиграции генерал Владимир Гурко.

Никаких стратегических результатов эта операция не дала, ибо Западный фронт главного удара так и не нанес, а Северный фронт имел своим девизом знакомое нам с японской войны «терпение, терпение и терпение». Ставка, по моему убеждению, не выполнила своего назначения управлять всей русской вооружённой силой. Грандиозная победоносная операция, которая могла осуществиться при надлежащем образе действий нашего верховного главнокомандования в 1916 году, была непростительно упущена

Алексей Брусилов, командующий Юго-Западным фронтом

Начиная с 25 июля, остававшаяся «на хозяйстве» в Петрограде императрица бомбардировала мужа телеграммами, практически каждая из которых содержала ссылки на мнение «Друга» — Григория Распутина: «Наш Друг находит, что не стоило бы так упорно наступать, поскольку потери слишком велики»; «Наш Друг надеется, что мы не перейдем Карпаты, он все время повторяет, что потери будут чрезмерными»; «Дай приказ Брусилову прекратить эту бесполезную бойню, наши генералы не останавливаются перед ужасным кровопролитием, это грешно»; «Не слушай Алексеева, ведь ты главнокомандующий».

Наконец, Николай II сдался: «Дорогая, Брусилов, получив мои указания, отдал приказ остановить наступление».

«Потери, а они могут быть значительными, неизбежны. Наступление без жертв возможно только на маневрах», — отпарировал Брусилов в мемуарах.

Невероятную популярность в те времена приобрел анекдот: идет Брусилов по Царскосельскому дворцу и видит всхлипывающего наследника Алексея. «О чем печалитесь, Ваше Высочество? — Немцы бьют наших, папа огорчается, наши бьют немцев, мама плачет!».

Российская императрица Александра Федоровна

Последняя императрица, которую муж звал Санни, послала ему из Петрограда в Могилев 653 письма — больше, чем по одному в день. РИА Новости

Однако антивоенные настроения Александры Федоровны объяснялись, скорее, тем, что она вообще сравнительно мало интересовалась внешней политикой. Все ее помыслы вращались вокруг сохранения самодержавия, и особенно интересов сына, как она их понимала. К тому же Николай видел войну из Ставки, где мыслили категориями абстрактных людских потерь, а императрица с дочерьми работала в госпитале, воочию наблюдая страдания и смерть.

Как бы то ни было, хотя Брусиловский прорыв так и остался прорывом и к коренному перелому ситуации на Восточном фронте не привел, он вошел во все учебники по военному искусству, и впоследствии схожая тактика неоднократно применялась как в первой, так и во второй мировых войнах. Не будет преувеличением сказать, что наши воины сыграли важнейшую роль в спасении Италии и помогли наступавшим на Сомме французам и англичанам.

по материалам:  BBC lenta.ru



Количество читателей статьи:
"Брусиловский прорыв" Комментариев нет


Добавить комментарий

© 2017 | Рубикон геополитики